«А докажь!»

0
7

Двадцать второго июня на территорию СССР зашел гуманитарный конвой из Германии. Как известно, с продовольствием в Советской России всегда было непросто, и братская Германия, связанная с СССР многочисленными договорами, протянула руку дружеской помощи. Что было дальше, мы сейчас расскажем.

Каждый солдат нес на себе запас продуктов на несколько дней, во фляжках булькал гуманитарный шнапс, а за пехотой, призванной первой экстренно доставить еду самым голодным, тянулись уже более основательно нагруженные гуманитаркой грузовики. Естественно, войну никто не объявлял. Поэтому ее и не было.

И все бы было хорошо, если бы эти русские, у которых в четыре утра воскресенья никак не заканчивалась суббота (а что такое «русская суббота» хорошо знают все – иногда она продолжается до понедельника), не открыли спьяну огонь по гуманитарному конвою. Сопровождению пришлось защищать шнапс и пайки. Из предрассветного тумана полетели пули, и на русскую землю, обливаясь кровью, упал первый немец… точка невозврата была пройдена. Через два часа посол Германии Шуленбург официально сообщил об объявлении войны.

Если бы Шуленбург схитрил, притворившись больным, или потерял бы ноту в трамвае, или просто пошел бы не к Молотову, а в хиппи – так войны бы и не было. Было бы АТО на четыре года. Русские бы убивали сами себя, немецкие отпускники из Вермахта, заблудившиеся под Сталинградом регулярно гибли бы от несчастных случаев, а в Кремле, зимой сорок второго, ломали голову – как заплатить пенсии от Буга до Волги, и считается ли староста, назначенный немцами, бюджетным работником?
Примерно такова логика ватников, которые утверждают (и даже друг другу, когда их больше одного), что – поскольку войну Россия не объявляла, то ее и нет.
Афганскую войну тоже никто не объявлял. Кому ее было объявлять? Правительство ДРА само пригласило советские войска, моджахеды не являются субъектами международного права, а из Пакистана, США и Саудовской Аравии приезжали исключительно «отпускники».

Тем не менее, в России не сомневаются что это война – потому что доказательства этой войны у них до сих пор, на одной ноге и в камуфляже, в переходах на гитаре играют песни Розенбаума.

Надо медали и гитару отнять, пенсий и льгот лишить, статью в Википедии вытереть, а на возмущение ветеранов игриво ответить: «Хорошо тому живется, у кого одна нога – и яйцо в шагу не трется, и не надо сапога». Какая война? У вашей войны документов нету.

Естественно, такой перекос вызывает напряжение даже в ватной голове, и этот перекос надо устранить. Для этого используется детсадовский прием, называемый: «А докажь!» Заключается он в том, что любую вещь, даже очевидную, кто угодно может потребовать доказать, даже если он долбоеб по определению. Сегодня на обед будет кисель. «А докажь!» У меня папа водитель. «А докажь!» Ты, Федя, долбоеб. «А докажь!»

«Докажь» — универсальный прием. Сначала можно люто пиздеть, отрицая очевидное и кричать: «А докажь!» Если оно будет доказано, надо сразу переходить к критике самого доказательства: «А докажь что ты доказал!» И так до бесконечности. Как только будет окончательно доказан один пункт, тут же создается подпункт, опять–таки требующий доказательств. Причем невольно доказывающий обречен на поражение уже в силу того, что он элементарно больше усилий прилагает. Загрузив оппонента DoS атакой, можно сделать перерыв.
При этом обе стороны понимают, что доказывать ничего не надо, но «адокажчика» это не волнует – его цель, обосравшись по факту, сохранить хотя бы допустимую возможность быть правым в теории.

1418632402-0e90dafa58a26952e9a1f954f253d54c[1]

Именно таким образом ватные мозги кацапов укрепляются крест–накрест скотчем, чтобы они не развалились, пытаясь усвоить взаимоисключающее.

Титаник, кстати, не утонул. Часть команды, сговорившись с пассажирами, перекидала несогласных за борт, отогнала судно в тихий фьорд и распилила его там на металлолом. А докажь что он утонул. Где доказательства? Где фотки в инстаграмме и ролики на ютубе что он утонул? Все, что я видел – это фейк режиссера Камерона. Дайте мне денег – я вам такой же сниму.

Не надо мне про 1912 год – уже было и кино, и фотография. И цветная была. Вот бы и сняли. На богатейшем корабле, набитом миллионерами, не было ни одного фотографа? Если верить фейку Камерона, то даже художник был на корабле – мог бы быстренько нарисовать утопление и подписать его тремя свидетелями, в том числе капитаном. Капитан–то до конца был.

Некогда было снимать? Да вы что! Такое событие – и некогда снимать! У вас бабку на дороге собьют – уже тридцать человек с телефонами фотографирует, и никто в скорую не звонит!

— А на дне тогда что лежит? – А откуда я знаю? Я там, на дне, не был. Но если сняли фейк за двести миллионов долларов и на одиннадцать «Оскаров», то за десять процентов от этой суммы и один «Оскар» на дне можно все что угодно снять. Лежит там что–то мутное и непонятное… А докажь!

Как поступают с этой проблемой дети в детсаду? Очень просто.

— А докажь!
— Поешь какаш!

Поэтому ничего доказывать не надо. Если кто–то включил дурака, то его извне не выключить, потому что панель управления дурака находится внутри головы. Надо подождать, пока у дурака сядут батарейки, и он выключится сам.

Война всегда сама себя доказывает, даже тем, кто включил дурака. В условиях подобной «войны — не войны» десять мертвых российских десантников докажут лучше, чем десять пленных десантников. Потому что долбоебам, требующим «а докажь!», доказать все равно ничего нельзя. «Заблудились, переодели, заставили… в отпуске были…» А десять мертвых десантников однозначно докажут факт войны хотя бы их собственным семьям, друзьям и родственникам. И пусть теперь они уже они, в свою очередь, берут на себя бремя доказательств очевидного.

Кто–то, вообще, осознает это?

А позже, включившим дурака, докажут факт войны одноногие сограждане, поющие в московских переходах не «в Афганистане, в черном тюльпане», а «по Украине, в белой машине». Им, в свою очередь, тоже докажут, уже в органах соцобеспечения: «Хорошо тому живется, у кого одна нога…» Какая война? У вас документов нет. Я вас туда не посылал. Если на Украине была война – так они своим пусть и платят, а у нас войны не было.

Вот туда, именно в эту страшную сторону, неумолимо движется детсадовская игра, в которую играют с виду взрослые кацапы.

Должен добавить, что выключить дурака – это не лампочку выключить. Даже выключив дурака для себя, дураком для остальных ты останешься навсегда.

А пока… ну как отвечать? Как в детском саду, конечно.

Прокомментировать

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here