Главная Лонгриды Наука и жизнь

Камни с неба, або Дурак-Царевич и Кухаркин Сын

1

Конкретно насчет камней с неба я ничего сказать не могу, потому что не имею соответствующего опыта. Один раз рядом со мной упал горшок с какой-то геранью, выпавший с пятого этажа, и еще раз гепнулась небольшая сосулька, размером примерно в треть от той, которая потопила «Титаник». Оба раза были впечатляющими и познавательными для меня, а вот камни с неба как-то не попадались.

Но, судя по тому, что камни на голову себе призывают крымчане – эта штука должна быть не страшнее бросания зайца в терновый куст. Потому что крымский хитровыебанный и скользкожопый народец в реальности терпеть ничего ужасней теплого пива, не готов. Мне как-то ржачно читать о готовности мужественно переносить неслыханные лишения во имя Родины от людей, которые принципиально не способны платить налоги, кроме как после посещения пыточного подвала. Единственное проявленное ими терпение – это то, что они двадцать три года терпеливо ждали, пока кто-то приедет из самого Киева, из Кабмина и бесплатно покрасит им скамейку возле пляжа.

Новосозданная нацыя Крымского Народа, зиждяща… щуя… щуся… (блять, как это слово пишется?) на таксистах, способных наебать на 5 гривен (20 американских центов, Чарльз!), да бабко-отельерах, сдающих тебе куриное гнездо по цене бунгало, и пересчитывающих после твоего отъезда дырявые вафельные полотенца (не спиздил ли ты ветхую тряпку, заплатив по шестьсот гривен в день за пребывание в парадайзе «минус три звезды»?) – это именно тот монолит, о который разобьются камни с неба, ага.

Причем после наивного наебалова они с честным лицом вручают тебе свои самодельные визитки – в надежде что ты, столичный дурак с полными карманами денег, нихуя не понял в этой провинцыальной многоходовочке, и позвонишь им еще раз чтобы подарить денег. Ты же дурак, верно, и в жизни не разбираешься? Поэтому ты богатый, а они бедные — такова былая логика крымских мудрецов.

Им блять на час ток отключили – не дали сериал досмотреть – они тут же завыли про геноцыд крымской нацыи. Такшо не надо мне ля-ля про камни с неба. Особенно не должны говорить о камнях с неба жадные иуды, продавшиеся за рубль-семьдесят-пять – это позорит и камни, и небо тоже. Камни дороже стоят.


Но я хотел поговорить не о проблемах Вороньей Слободки, запершейся изнутри коммуналки и требующей передавать им еду и воду через форточку (а то они кота съедят), а о более широкой проблеме – рассейскому терпению. Дескать – не победит в России холодильник телевизор, эрзянь будет есть хуй без соли и согреваться гимнастикой, но ни на шаг не отступит от замыслов Партии, и вообще – санкции микробам не страшны. У них нервов нет и боли они не чувствуют.

Этот довольно распространенный миф порожден тем, что россияне вынужденно находятся в условиях перманентного подвига. Вот только комментаторы постоянно забывают сказать, что из сказочного мира подвигов средний кацап так же перманентно пытается съебаться, умудряясь проползать даже под идущими на скорости 70 км/ч вагонами.

Например, легендарный приказ тарища Сталина «Ни шагу назад». На самом деле, толковать его надо как «Ни шагу вперед». Назад – хуй с ним, разбежавшихся пацюков можно выпороть, выдать палки и отправить обратно в штрафные роты. А вот те, шо путаясь в портянках, побежали сдаваться в плен с криком «нихьт шисен» — те уже все, списаны с концами.

Поэтому не заградотрядами пугал тарищ Сталин военных. Ничего нового в этом нет – были у немцев свои фельджандармы, а у американцев эмпишники со сходными функциями и подходом к делу, да и дезертиры всегда были на войне, и никто не стоял за спиной бойцов с пулеметами, кроме совсем уж феерических случаев – пулеметы таки нужнее на передовой. А просто намекнул тарищ Сталин: Пабижите назад – вирну абратно. Пабижите впиред ф плен – атветят ваши семьи. Вам всо панятна, дарагие таварищи красна-армейцы?

Хули тут непонятного? Понятно, что от подвига никуда не деться. Не хочешь быть героем – значит тебя им сделают.


Растиражированная терпеливость кацапов сводится к тому, что с подводной лодки бежать некуда. И кто не вытерпел – тот помер, а кто вытерпел – тот жив, и будет потом байки травить про свою невъебеную выносливость, благо мертвые уже ответный дисс не прочитают. Никакими особыми талантами для этого обладать не надо – ни мужеством, ни терпением, ни патриотизмом, ни любовью к березкам, хуйлу и полбе. Заваренная дверь отсека – лучший стимул для героизма. Разве шо способность красть с хлеборезки помогает стойко переносить лишения – но это не относится к рекламируемым российским талантам.

Пойманный пассатижами приказа за сраку кацап понимает, что раз не удалось сдаться в плен туда, где кормят, придется сидеть в плену там, где не кормят, и уровень его мужества и терпеливости – это уровень колючей проволоки между двумя пленами. Из двух кацапов всегда мужественнее и терпеливее тот, у которого нет шеста, чтобы эту проволоку перепрыгнуть.

Да, кстати. Из пленных кацапов собрали миллионную армию РОА, показав им булку хлеба и новые сапоги. Расскажите мне – сколько национально-освободительных дивизий удалось сколотить из пленных немцев? Надо понимать, что в мордовских лагерях жили они охуительно, посещали спа и солярий закусывали колбасками, и на все предложения послужить интернационалу вяло отмахивались от агитаторов и надзирателей лагерей джойстиками от плейстейшн.


Алсо, цум байшпиль, легендарный образец кацапского мужества и выносливости – блокада Ленинграда. Из кацапской мифологии следует, что сидели в городе люди, и говорили «с голоду умрем – но город не сдадим». И таки умерли – но не сдали, чему посвящены оды, фильмы, книги и степные напевы акынов.

А собственно, правда состоит в том, что оттуда не съебался только тот, кто не смог. Мне жаль этих людей, и я в принципе не шучу на эту тему – после дневника Тани Савичевой я чуть не поседел в десять лет – но проявили мужества и терпения они ровно столько же, сколько водолаз без воздуха. Истинное мужество в России проявляет только власть, отправляя холопов на смерть, перекрывая им подачу кислорода, и стараясь при этом не плакать от жалости.

Зато кое-кто героически выжил в блокаде, перетерпев все лишения.

Мать, Мария Ивановна Шеломова (1911—1998), также работала на заводе, пережила блокаду Ленинграда. Дед, Спиридон Иванович Путин, был известным поваром, готовившим для высших партийных и государственных чинов; ему приходилось готовить для Ленина и Сталина.

Она вот вытерпела, а другие – не смогли. Конечно же, наличие у мамаши Хуйла свекра – ленинградского главповара, готовившего скромную фронтовую перловку всему цэка в блокадном городе – это просто совпадение, и я даже акцентировать на этом внимание не буду, чтобы не бросать тень на такое замечательное Хуйло. Просто кто-то умеет терпеть «по-русски», а кто-то нет, и трусливо дохнет при малейших затруднениях – просто чтобы откосить от защиты Родины. Зато потомки терпеливых и выносливых невесток главповаров будут повествовать о легендарном русском терпении. А вот у Тани Савичевой детей не будет, и ничего они о ее терпении уже не расскажут. «Савичевы умерли. Умерли все. Осталась одна Таня».

И Таня тоже умерла, зато Вовка – нет. Теперь сын мужественной поварихи из блокадного города предлагает всем савичевым России еще немножко потерпеть без еды. Хули, у него весь род терпел – и ничего, слава Роиссе!

Шоб вы издохли уже наконец, терпельцы и страдальцы, выросшие при казенных кухнях. Камни вам с неба.


Тераз к современности. Российская культовая выносливость сводится к терпеливому выжиданию появления дырки, в которую можно тихим газом просочиться из мира вынужденного героизма в мир, где нихуя лишнего, кроме похмелья, терпеть не надо. Собственно, это терпение, аналог неподвижного стервятника, и ценится в российском народце фактически, а не фиктивно.

Выжидать, не меняя деревянного выражения лица, подождать пока вертухайская овчарка побежит за кошкой, и пойти на рывок, петляя по тайге – вот высшая доблесть московита. Другое терпение там не в чести, отсюда и слово «терпила». Терпеть надо, чтобы избавиться от терпения. Такой вот мокшанский дзэн, хуле. Не всем понять.

Терпит кацап ровно до тех пор, пока действует приказ 227 и за ним стоят контролеры с пистолетами. Тогда мокшане молча терпят даже струю мочи в лицо – иначе не удастся дотерпеть до крысиного побега, а это гораздо более высокая цель, чем заявить человеческий протест.

Культовым фильмом для изучения по данному вопросу является «Интердевочка», где венцом карьеры популярной шлюхи является замуж-заграницу и прозябание серой мышью в лоу-миддл классе с одной машиной на семью. Заметьте, что нормальные варианты общемировой удачной блядской карьеры, типа «работница – бордельмаман – ватажок преступной группировки – бизнесмен – депутат Госдумы» протагонистом даже не рассматриваются. Нахуй надо. Съебаться из Страны Героизма – уже победа. Шоб никогда больше не терпеть.

Истинную терпеливость кацапов, как грань национальной культуры, также прекрасно иллюстрирует их поведение в очередях супермаркетов, в общественном транспорте, и отдельно — битвы за шведские столы в Анталье-Три-Звезды. Я хуй его знает кем надо быть, чтобы полжизни стремиться на работу в Москву, и еще четверть жизни от оставшейся на отдых в Анталью, чтобы драться на каждой ступени успеха за последний парашют, баллон с кислородом и место в шлюпке. Мокшанский дзэн.

Терпение кацапа, дожравшего мороженое, которое заканчивается в пяти шагах от мусорника. Терпение кацапа, которому в офисе стол передвинули, чтобы посадить ассистента для него же. Терпение кацапа, который захотел ссать в бассейне. Истерики терпеливых кацапов в пробках и попытки выломать дверь в занятой кабинке общественного туалета.

«Небо! Небо не видело такого терпеливого кю!» (с) Какие нечеловеческие страдания способен выдержать кацап, если его отсек не заваривать снаружи! Да никакие, йоу!!! Поэтому надо всегда заваривать отсек с кацапами — иначе России пиздец.


Поэтому битва телевизора с холодильником в России – это фикция. Ее просто нет, и обсуждать возможные результаты поединка бессмысленно. Она идет на разных уровнях. Кацапы хоть и ебнутые, но не ебанутые, и калорийное отличие ягодного киселя от ягодного киселева понимают прекрасно. Сьо театр типа рестлинга. Кацапы в ответ на кривляние телевизора отвечают встречным кривлянием типа «верим, любим, выстоим».

Просто потому что если не верить телевизору – холодильник все равно не наполнится, а приказ 227 никто не отменял. Телевизор ведет войну официальную, а холодильник – партизанскую, и все кацапы в этой войне днем солдаты Царандоя, а ночью моджахеды Аллаха. Днем присягают телевизору, а ночью молятся холодильнику. И незаметно прикидывают высоту колючей проволоки по дороге в Ливонию. А у кого шест есть — давно уже там. Если не лично, то в виде детей, счетов и недвижимости. Зря что ли бабушка в Ленинграде голодала?

Но то, что накликали на себя кацапы, это еще не камни с неба, это хуйня типа некрашенных крымских скамеек. Тот, кто видел в России реальные камни с неба — уже никому ничего не расскажет.

Хотите камней с неба, герои хуевы? Ну, дай вам Боже по желанию вашему. Кухаркин-то сын выживет по-любому. Его дед Ленина кормил, а не червей.

Exit mobile version