На волнах Орды традиционная рубрика «Увидеть Париж и офигеть»

0

Бонжур, дорогие россияне! Камон, сова.

Итак, как вы знаете (если следите за информационными бюллетенями «творческого объединения Орда»), в мире идет ударная борьба с расизмом, в результате чего страдают бизнесы расовых меньшинств и статуи различных белых расистов. В некоторых случаях, ведомые праведным гневом из–за слишком низких пособий и социального статуса, борцы за все хорошее и против всего белого требуют снести даже памятники тем историческим фигурам, которые продвигали демократические ценности, но не вышли роднёй. Так под раздачу попал борец за права проституток и ирландцев, великий британский либерал Уильям Гладстон (у его папы были рабы). В современном мире дети не просто отвечают за грехи родителей, то есть Евангелие упразднено. Христианам на заметку.

И вот на фоне бездействующего Трампа и щемящихся по своим медвежьим углам вооружённых реднеков, а также на фоне сравнительно неэффективных (хотя и смелых) действий британского фанатья в Лондоне, казалось, что у старого Запада в пробковом шлеме не осталось защитников. Но нет. Внезапно на блеклом правом небосклоне взорвалась неожиданная сверхновая.

Встречайте нового лидера, которого либеральные СМИ вот–вот объявят скинхедом, расистом, нацистом, пособником Путина и наследником Гитлера. И не ржите: Это… Эммануэль Макрон.

После многочисленных демонстраций против расизма в французском обществе и требований снести памятники французским рабовладельцам и колониалистам (а таких во Франции — много), президент–геронтофил выступил со следующими революционными тезисами, на которые обратили шокированное внимание едва ли не все западные СМИ:

а) никакого переписывания и затирания (да, херовой) истории Французской Республики не будет
б) никаких статуй и памятников никто сносить не будет (хотя его об этом просят и у него это требуют)
А еще сказал страшное: мол, порядок обеспечивает полиция, а без полиции будет не айс.

Сам факт, что президент страны должен выходить на ТВ с заявлениями о том, что вода — мокрая, трава — зеленая, историю стирать нельзя, памятники валить — тоже, а без полиции будет как–то нехорошо — многое говорит об уровне политической культуры наших западных партнеров. Тот факт, что эти заявления настолько радикальные, что их может позволить себе далеко не каждый политик — уже кричит о том, что тот же God Bless America уже пора перекладывать на мелодию щеневмерлы.

Но самое интересное в том, что же сподвигло насквозь белого, пушистого и глобального Макрона, на то, чтобы встать на защиту памятников и полицейских? Да, никто не будет вводить ОМОН для того, чтобы разнимать алжирскую и чеченскую диаспоры на улицах Дижона, но все–таки слова имеют значение.

И есть две версии.

Первая. После того как протестующие против расизма начали скандировать что–то там про «грязных евреев», о чем написала даже израильская пресса само французское движение в поддержку Black Lives Matter лишилось неприкосновенности. Вторая версия, наверное ближе к истине, и эту версию зовут «Элен и ребята» в смысле «Марин Ле Пен и желтые жилеты». Макрон понимает, что если остаться без поддержки полиции и молчаливого большинства, которому не понравятся снесенные памятники, то на улицу выйдут те самые «желтые жилеты», а стрелять в них уже будет некому. И эти «желтые жилеты» разберутся и с протестующими и с Макроном.

Но вот в других странах Запада, «желтых жилетов» нет, а значит их памятникам головы уже не сносить.

[Орда] — родная, злобная, твоя

https://t.me/orda_mordora/5225

Exit mobile version